Зимний сонет

Зима набита пухом и пером.
Пустым фарфором выстелены реки.
Печалясь, тяжелеют наши веки,
Обметанные тонким серебром.

Но манит дом протопленным нутром,
Задуманный надежно и навеки,
От нижнего венца до верхней деки
Пропитанный терпеньем и добром.

Дымок домашний, возносясь клубами,
Касается наивными губами
Морозных, затуманенных небес.

Есть повод для короткой зимней лени –
Уложенный стеной сосновый лес,
Биение огня и пальцы на колене.

                                  17 ноября 2001 г.

Женское

Смеялась открыто и звонко:
«Я знала… ждала… не спала…»,
А нервные руки позёмкой
Метались по льдине стола.

Шепнула легко и мятежно:
«Останься сегодня со мной…»,
И руки свободно и нежно
Нахлынули теплой волной.

Закрылась. Пустая квартира.
Сквозняк в подоконную щель.
И рук постаревшая лира
Упала в пустую постель.

                       20 февраля 2001 г.

Еще раз о войне

Дед видел смерть, и было столько
Причин озлобиться душой –
Культя от курского осколка
Легла безрадостной межой.

Он здесь, а счастье-то – далёко…
Насуплена седая бровь,
И шрамы рвут лицо жестоко,
А проповедует – любовь.

И если кто с ожесточеньем
Вливает водку, как на вдох,
Дед скажет тихо, со значеньем:
«За мир. А он не так уж плох…».

                          18 января 2001 г.

Деревья ослепил закат...

*  *  *

Деревья ослепил закат.
Деревья опьянил мускат.
Они взлетают наугад
И медленно горят.

И успевают обгореть
На половину или треть,
Переживая, словно смерть,
Пылающую твердь.

Скажи им: это всё игра.
Одежда, кожа и кора –
Всё, полыхавшее вчера,
Так холодно с утра.

                          22 марта 2001 г.

Два коротких ночных стиха

1.
Гуди, гуди, ночная печка.
Скрипите, перья половиц.
Стучи, бессонное сердечко,
Над детской бледностью страниц...

2.
Рифмы радостные крылья
Белым холодом свело.
Родники мои, где пил я,
Белым ветром замело.
Не дает ступить и шага
Вьюги белое кольцо,
И страшит меня бумага,
Словно мертвое лицо...

                       1 декабря 2001 г.