Вадим Осипов, член Союза писателей России, доцент кафедры графического дизайна УралГАХА

Нужно ли учить детей фотографии?

Современные дети растут в мультимедийном пространстве. То есть, вместо того, чтобы сидеть рядом с доброй няней и слушать выверенные временем назидательные истории в жанре «фэнтэзи», они получают свои новые сказки из телевизора и компьютера... Но поменялся не только носитель информации, поменялся сам путь создания нынешней мифологии и ее внедрения в детское сознание.

На наших глазах возник целый огромный проект такого рода. Я имею в виду «Звездные войны». Раз человечество вышло в Космос, и обратно возвращаться не собирается, то странно уже слушать все эти истории про земных королей, принцесс, злодеев и чудовищ, если основное поле действия для них приготовлено в виде, так сказать, необъятных просторов Вселенной.

Конечно, это коммерческий проект. И господин Лукас не просто проявил свою фантазию, но и денег заработал. Но вот я вспоминаю, как в 1996 году оказался в парижском Диснейленде и попал в павильон «Звездных войн». Поразили меня не только сами полеты в чреве громадного компьютерного тренажера, а еще и реакция западной публики и ее деток, которые воспринимали всех этих роботов и космическую стрельбу, как дети моего поколения – Дюймовочек и Котов в сапогах. То есть узнавали и принимали с восторгом. Теперь-то я понимаю, что во всем мире дети увидели эти чудеса еще в 80-х годах, задолго до их появления на российских экранах…

Именно увидели. То есть их открытие сказочного мира уже тогда происходило в другой, той самой мультимедийной среде. А эта среда предполагает прежде всего зрительное восприятие динамичного зрелища. Видеоигры. Бесконечная смена экранов в Интернете. Видеофильмы. Клиповый характер современного видеомонтажа, когда взгляд, собственно, ни на чем всерьез-то и не успевает остановиться. А уж задумываться и вовсе некогда. Поток то ли сознания, то ли, наоборот, бессознательных реакций на зрительные раздражители. Что-то дети у нас стали какие-то странные. Ни о чем всерьез говорить не хотят… Высшая оценка – «Прикольно!».

Так ведь что посеешь, то и выдадут тебе в лаконичной форме. Все современное массовое искусство и мультимедиа – как одна большая прикольная развлекалочка…

Воспитание массового потребителя, который должен каждый день получать все новые и новые порции видеопищи и видеожвачки. Второго блюда, к сожалению, всегда значительно больше.

Я, кстати, как любитель фантастики, с удовольствием эти самые «Войны» потом смотрел, поражаясь бездне фантазии, которую вложили художники в оживление виртуальной реальности на экране. Представляю, какое впечатление эти кадры должны производить на сознание ребенка, жадно впитывающего окружающий мир и не всегда отличающего сказку от реальности.

А однажды, будучи в командировке в Челябинске, зашел в книжный магазин и купил громадный цветной альбом с подробными описаниями и изображениями

того самого вымышленного мира персонажей и пейзажей, который мелькал на экране с калейдоскопической быстротой.

И долго-долго сидел в гостинице над каждой страницей, разбираясь в деталях и тщательно рассматривая каждую компьютерную картинку. Оказалось, что все детали и мелочи были столь тщательно продуманы и прорисованы, что именно это и делало мир Скайуокера и джедаев столь близким к реально-сказочному. И увидел я это только в фотоальбоме.

Фотография – как способ остановить время. Фотография – как часть современного мультимедиа и одновременно противовес бездумному скольжению по каналам связи.

Занятие фотографией – это попытка прервать бесконечный бег-полет, способ рассмотреть детали и задуматься над увиденным, наконец, создать свой сказочно-реальный мир, который с момента создания снимка существует уже только в его границах. Больше его нигде нет. Только в вашем альбоме. И он не мелькает.

Самое главное, фотограф из потребителя превращается в творца. Он уже не потребляет, а создает. В меру своих способностей и возможностей. А возможностей сейчас – море. Причем камеры такие умные пошли: нажимай кнопку – и готова картинка.

Так нужно ли учить детей фотографии?

Сразу уточним: цифровой фотографии. Пленка не выдержала конкуренции на массовом поле, оставшись в своих профессиональных нишах.

Прогресс цифровой техники и снижение ее стоимости при массовом производстве сделали свое дело: купить цифровую фотокамеру ребенку – не проблема. У него, кстати, и в мобильном телефоне – фотоаппарат.

Возникла новая неразлучная парочка – цифровой фотоаппарат и компьютер. За фотографа думает процессор аппарата – нажал кнопку, и готово. Какие там выдержки-диафрагмы? Скорее слить на компьютер или прямо на экранчике посмотреть.  

И 99% таких кадров – брак. Брак технический, композиционный, смысловой. Конечно, непритязательному зрителю все едино, было бы «прикольно». Вроде как слово на заборе написать и приятелю показать.

Но при всех технических достижениях фотографию как искусство создавать изображения никто не отменял.

Тут нужно сделать одно важное отступление.

Цифровая фотография в руках мастера оказывается чрезвычайно гибким и мощным средством самовыражения, художественного отражения и осмысления реальности – даже если мы договоримся не переходить на сторону чистой компьютерной графики.

Собственно, раз изображение оцифровано, то само понятие невмешательства в кадр потеряло смысл. Оцифровано кем? По какой программе? Кто определил, где свет, а где тень? Кто правильно выставил цвета? Процессор аппарата. Он умнее массового пользователя, в него заложена бездна фотографического опыта многих поколений, хотя им можно и нужно управлять.

Кстати, а чем занимался фотограф классический, имевший дело с фотопленкой-бумагой?

Сначала он выбирал фотоматериал, а при возможности – и объектив для съемки.

Он выбирал точку, откуда должен быть сделан кадр, учитывая при этом и направление падающего света, и ракурс съемки. Он назначал экспозицию, задавая выдержку и и диафрагму. Затем следовало проявление пленки (каким проявителем, по какому режиму?).

Если речь не шла о слайдах, где все определялось, собственно говоря, в момент нажатия кнопки затвора, то затем наступал черед колдовства в фотолаборатории, и под увеличителем шли в ход разные маски (лучшая маска – руки фотографа), подбиралась экспозиция, потом режим проявления. А в ванночке можно было потереть бумагу для ускорения проявления (получалась более темная зона), или что-то там обесцветить йодом. Масса таких вот приемов зачастую и составляли творческий секрет мастера. В цветной фотографии – свои проблемы. Например, подбор корректирующих фильтров. А то ведь можно получить и зеленый закат…

Поэтому невмешательство в снимок – это сказочка. Другое дело, что в определенных условиях от фотографии требуется документальность. То есть она должна отражать действительность с минимумом искажений. В репортаже, науке, криминалистике, архитектуре.

Поэтому договоримся сразу: к снимку документальному, репортажному – одни требования. К снимку художественному – другие.

Но согласитесь, чтобы не искажать, нужно точно знать, как получить хороший снимок и как он может быть искажен.

Я уже несколько лет преподаю студентам архитектурной академии основы творческой цифровой фотографии. И каждый год убеждаюсь, что в отношении фотографии многие студенты – как дети.

 И в том смысле, что они, как правило, не знают всех возможностей цифрового чуда, оказавшегося у них в руках, помимо использования режима «Point-and-Shoot», то есть что-то вроде «навел-нажал», не знают о применении этих возможностей в качестве изобразительны средств для создания художественного образа.

И, к счастью, в том, что они, как дети, в силу специфики своей будущей профессии (дизайнеры!) открыты к обучению и творчеству.

Итак, давайте учить детей фотографии.

Начнем с того, что максимально популярно нужно изложить детям техническую суть устройства цифрового фотоаппарата. С учетом возраста, конечно.

Пусть для них пиксели будут кусочками мозаики, из которых аппарат строит изображение. Ясно, что чем больше пикселей, тем более детальную картинку можно из них сложить. И так же ясно, что как картинку потом не увеличивай, меньше этих кусочков на ней ничего не разглядишь.

Дальше нужно показать, что в любом аппарате, даже самом навороченном, обязательно есть линза – объектив, который создает изображение. Обычно дети с удовольствием наблюдают, как перевернутое изображение создается обычной лупой.

Чтобы пропустить к матрице нужное количество света, в аппарате есть затвор – это как кран, через который набирается вода в ванну. Чем больше времени кран открыт, тем больше воды, то есть света, попадет на матрицу. Это время выдержки.

А в трубе, по которой течет вода, есть такая штука – диафрагма. Это дырка, через которую проходит вся вода. Чем больше дырка, тем больше воды натекает за время выдержки. Чем меньше дырка, тем меньше воды. Понятно? Понятно.

Самое удивительное, что профессиональные фотографы так и говорят: стекло, линза, дырка. Ну, чем не дети?

Дальше нужно вспомнить, что делают близорукие люди, когда у них нет очков, а нужно рассмотреть что-нибудь вдали? Правильно, они щурятся, то есть прикрывают диафрагму своего глаза. Чем меньше дырка в диафрагме, тем резче изображение, тем больше глубина резкости, то есть зона, в которой на фотографии все получается достаточно резко.

А если диафрагма открыта, то глубина резкости маленькая: на что резкость навели, то выходит резко, а ближе и дальше все расплывается. Смотрите: морда у кота Васи вышла резко, а позади него, на фоне все расплылось и не отвлекает от разглядывания его кошачьей физиономии.

Значит, регулируя диафрагму, можно управлять резкостью на снимке. Здорово!

Только вот какая штука: воды в ванну нужно наливать не много и не мало, а в саамы раз. А то или не вымоешься как следует, или вода наружу перельется.

Точно так же и на снимке все должно быть видно быть в самый раз. Чтобы вышло не слишком светло и не слишком темно. Количество света, которое попав на матрицу, создает такой правильный снимок, называется правильной экспозицией.

Слишком маленькая экспозиция – снимок темный. Слишком большая – светлый.

Как можно регулировать экспозицию?

Правильно, выдержкой и диафрагмой. Чем больше выдержка, тем больше экспозиция. Чем меньше отверстие диафрагмы, тем меньше экспозиция.

Одну и ту же экспозицию можно получить с разными наборами выдержек и диафрагм. Это называется правилом взаимозаменяемости.

Специально для вас стандартная шкала времени выдержки устроена так, чтобы с переходом к следующему значению время изменялось примерно в два раза. 1/30 , 1/60, 1/125 секунды и так далее.

И шкала диафрагмы устроена так, что при переходе к следующему делению количество света, проходящего через отверстие, тоже меняется в два раза: 2; 2,8; 4;5,6; 8 и так далее. Только шкала эта обратная: диафрагма «4» дает света в два раза больше, чем «5,6» и в четыре раза больше, чем «8».

Стали мы Васю фотографировать, посадили его на стул. Нажали до половины кнопку на цифровом аппарате. Аппарат измерил освещенность в кадре, и программа установила, что для правильной экспозиции выдержка должна быть 1/30 секунды, а диафрагма 8. Нажали кнопку полностью: замечательный снимок получился.

Тут Вася испугался и побежал. Стали мы его снова снимать, а снимок получился смазанный: за 1/30 секунды хитрый Вася как рванет и размазался по кадру.

А мы будем хитрее: поставим на аппарате режим приоритета выдержки и установили время выдержки 1/250 секунды, в 8 раз меньше, тогда отверстие диафрагмы нужно увеличить … и аппарат поставит уже не 8, а …5,6…4…2,8. Вот! При 1/250 и 2,8 экспозиция получилась такой же, как при 1/30 и 8, а снимок бегущего кота получился четким, потому что за 1/250 секунды он далеко не убежал. Вон какой красавец!

 Итак, мы с вами учим детей фотографии. Мы их уже научили тому, что технические параметры съемки – это средство получить кадр с заданной художественной выразительностью.

Портрет на нерезком, размытом фоне создает ощущение глубины пространства. «Смазанное» изображение бегуна – динамики бега. А его четкое, остановленное изображение, полученное с маленькой выдержкой – позволяет рассмотреть до мелочей выделенную фазу движения.

Вводим поправку в экспозицию в «минус» – летние сумерки стали глубоким вечером, а на ослепительно белом цветке видны мельчайшие прожилки. Вводим поправку в «плюс» – стали видны детали в тенях.

Видите, мы только начали, а уже так далеко мы ушли от простого «навел-нажал». Наши дети стали не просто бездумно щелкать кадр за кадром, а учатся мыслить фотографически.

А дальше мы их научим, как использовать переменное фокусное расстояние объектива для усиления или ослабления перспективы на изображении, как правильно выбирать точку съемки. Расскажем про освещение при съемке.

Мы станем им давать специальные упражнения, чтобы они учились выполнять поставленную творческую задачу.

Наконец, рано или поздно им придется перейти к обработке кадров на компьютере, потому что мы научим их правильно строить композицию кадра, и границы снимка потребуют уточнения, и цвета. На компьютере можно будет исправить ошибки экспозиции, убрать ненужные «сорные» детали снимка вроде проводов в городском пейзаже. Создать нужный цветовой колорит.

Тут уже простор деятельности не просто фотографа, а фотохудожника. Потому что графические редакторы, например, знаменитый Photoshop, позволяют практически неограниченно проявить свою фантазию и перейти к уже упомянутой нами в начале сказочной реальности.

И неожиданно фотограф обнаруживает себя полноценным соавтором мультимедиа. Потому что он ступил на тропу цифровой творческой фотографии, где все средства хороши для достижения главного результата – эмоционального воздействия на зрителей, а эта тропа привела его как раз в волшебное мультимедийное пространство, где главное светило – Ее Величество Цифра.

Но приходит он туда уже не бездумным потребителем прикольных картинок, а человеком творческим, автором, который всегда еще и самый лучший критик, самый лучший читатель и зритель.

Так нужно ли учить детей фотографии?

Обязательно.